«Календар осяянь» Олександра Дубовика

Stedley Art Foundation відкриває виставку Олександра Дубовика «Календар осяянь». На виставці представлені ескізи Дубовика до мозаїк та вітражів створених у 80-х роках. Виставковий простір (Київ, вул. Богдана Хмельницького, 62-Б) працює за попереднім записом за тел: +38 063 376 53 43, +38 067 466 78 00

Татьяна Волошина

Когда мы говорим о художниках-шестидесятниках, достойное место среди которых заслуженно занимает Александр Дубовик, практически всегда возникает проблема отношения художника и власти в контексте диалога, диспута и полемики между творцом и окружающей его исторической действительностью. Примером такой борьбы новаторских творческих идей и официозных «культуртрегеров» есть путь в искусстве Александра Дубовика. Вынужденный соответствовать историческим реалиям социалистического реализма, он не пошел на сделку с собственным творчеством и пусть не прямо, но сумел донести до зрителей свое уникальное художественное виденье.

На двух предыдущих выставках Александра Дубовика в «Белом пространстве» Stedley Art Foundation («Лабиринт значений» в 2016-м и «9 гуашей» в 2014-м) были представлены живописные и графические работы, официальное появление которых на советской художественной сцене было невозможным, вплоть до начала Перестройки. Засилье нарочито фигуративной живописи в 50-60-х не давало возможности молодым художникам того времени смело экспериментировать с формой и цветом, искать новые выразительные пути, создавать свой новый художественный язык. Поэтому часто творческие эксперименты делались «в стол» без возможности продемонстрировать их и вынести на обсуждение критиков и зрителей.

Только в начале 70-х годов неожиданной возможностью воплотить «неугодные» художественные идеи стала работа в секции монументального искусства Союза художников. Под видом декоративных приемов в мозаиках, росписях, витражах и гобеленах воплотились новаторские пластические решения, которые были непозволительны в живописи. Так в эскизах к мозаикам и витражам, представленных на выставке «Календарь озарений»,мы видим тот же образный ряд, который присутствует и в станковых работах Александра Дубовика. То, что функционерами Союза художников считалось «декором» (и по сравнению с пафосными многофигурными композициями оплачивалось гораздо хуже), было воплощением философских и художественных размышлений Александра Дубовика. В каждой из своих работ Дубовик тщательно выстраивает соотношение горизонталей и вертикалей, взаимные коммуникации геометрических фигур, слияния и разрывы внутри форм, столкновение ритмов и рифм. В художественном пространстве для него прежде всего важны идеи и понятия, то, как они взаимодействуют между собой, вызывая взаимные конфликты и вибрации. По словам Хосе Ортеги-и-Гассета, к чьим текстам неоднократно обращается художник: «Строго говоря, мы обладаем не самой реальностью, а лишь идеями, которые нам удалось сформировать относительно нее. Наши идеи как бы смотровая площадка, с которой мы обозреваем весь мир».

Можно с уверенностью сказать, что принципиальная разница, которая отделяет понятие «идея» от «идеология», стала мировоззренческой пропастью, отделившей Дубовика от художников того времени, обслуживавших «молоха» социалистического реализма. Как говорят о Дубовике: «Он шел против всех и плыл против течения». Не имея возможности демонстрировать широкой публике свои живописные работы, особую ценность и значимость для Александра Дубовика представляли эскизы – воплощение концепции будущего монументального произведения, а для художественного совета – квадратный метр выполненной работы. Еще в 60-ых годах один из основателей концептуализма Джозеф Кошут заметил, что: «искусство – это сила идеи, а не материала», но в отличие от художников-концептуалистов Дубовик вовсе не обесценивает важность физического воплощения своих идей: «Я остаюсь верным эстетизму. Ведь если раньше жизнь была хуже искусства, то теперь искусство все больше стремится стать хуже жизни».

Фото з відкриття

Загрузка...